Отправлено: 27.09.12 20:09. Заголовок: Белая контрразведка на Востоке
Может быть плохо искал, но к своему удивлению не нашел такую тему на Форуме, хотя ее, наверное, не стоит полоскать только в ПОЛИТИЧЕСКОМ ТОПИКЕ.
Предлагаю "складывать" сюда информацию как общего так и биографического характера, посвященную контрразведчикам.
***
"Самостоятельным объектом исследования белогвардейские спецслужбы стали в середине 1990-х гг. в работах В.Г. Бортневского, опиравшегося на документы ГАРФ, архива Гуверовского института войны, революции и мира, Бахметевского архива Колумбийского университета, архива Свято-Троицкого монастыря Русской православной церкви за рубежом, а также Н.В. Грекова, изучавшего основы строительства и функционирования разведки, контрразведки и органов государственной охраны Белого движения в Сибири. <...> «Коллекция документов Российского правительства. 1918–1920» содержит постановление Совета министров о правах и обязанностях чинов военной контрразведки по производству расследований, краткую записку об организации германской разведывательной и агитационной службы в Сибири в 1918 г. и др. В «Коллекции документов штаба Колчака» за 1918–1920 гг. имеются разведывательные сводки штаба ВГК, а также доклад начальника отдела контрразведывательной и военно-контрольной службы управления 2-го генерал-квартирмейстера при ВГК полковника Н.П. Злобина, в котором он подвергает критике существовавшую систему контрразведки и предлагает упразднить органы военного контроля. Обращают на себя внимание рапорты тайного агента разведки чехословацкого корпуса Джона майору Марино. Стенографические записи разговоров между адмиралом А.В. Колчаком и генералом М.К. Дитерихсом, генералом Б.П. Богословским и полковником Тюненговым красноречиво свидетельствуют о том, что спецслужбы союзников смогли внедрить свою агентуру в высшие органы власти белой Сибири, которая так и осталась не разоблаченной колчаковской контрразведкой. Информацию о деятельности спецслужб содержат и личные фонды, в частности военного представителя Колчака при союзном командовании генерала Д.Г. Щербачева. Возглавляемое им военное представительство, созданное в Париже в январе 1919 г., сначала подчинялось А.В. Колчаку, затем отделу Генштаба военного управления Особого совещания при главнокомандующем ВСЮР, поскольку из Сибири руководить представительством и военными агентурами было трудно, а после разгрома сибирских армий – штабу Русской армии. Личный фонд профессора Академии Генерального штаба генерала П.Ф. Рябикова помимо его воспоминаний о реорганизации спецслужб в июне 1919 г., структуре разведывательных и контрразведывательных органов штаба ВГК, содержит и некоторые нормативно-правовые документы: «Указания по разведывательной службе в штабах и частях войск», «Наставление агенту наружного наблюдения», приказ о формировании управления 2-го генерал-квартирмейстера при ВГК от 9 июля 1919 г. В многочисленных разведывательных и военно-политических сводках отражены все перипетии международной политики периода Гражданской войны, проанализировано отношение ведущих стран Европы к России – белой и красной. <...> Документы РГВА раскрывают процесс создания и развития разведывательных и контрразведывательных органов на территории «белой» Сибири. Поскольку до реорганизации органов управления в июне 1919 г. спецслужбы входили в состав Ставки ВГК, штабов армии, а также главного штаба Военного министерства, то процесс их создания, развития и функционирования отражен в приказах, временных штатах, положениях, разведывательных сводках, докладах, военно-политических обзорах, отчетах, хранящихся в фондах штаба верховного главнокомандующего всеми сухопутными и морскими вооруженными силами России (1918–1919 гг.) и главного штаба Военного министерства (1918–1919 гг.). Нельзя обойти стороной крупнейшее собрание документов по вопросам строительства и функционирования контрразведывательных органов из фонда отдела контрразведки штаба верховного главнокомандующего всеми сухопутными и морскими вооруженными силами России, которое можно условно разделить на две части. К первой относятся административно-строевые приказы по отделу контрразведки; временное положение о военной контрразведке во внутренних округах; списки личного состава контрразведывательных подразделений; политические и агентурные сводки отдела контрразведки и военного контроля; доклады руководителей о деятельности органов контрразведки, настроении в войсках и среди населения, восстаниях против власти А.В. Колчака, подпольных организациях, неблагонадежности отдельных лиц; отчеты о деятельности военного контроля армий на Дальнем Востоке. Вторую часть составляют судебно-следственные документы: протоколы допросов и переписка о производстве дознаний и арестах военнопленных, обвиняемых в принадлежности к партиям большевиков, эсеров; материалы по обвинению военнослужащих соединений и частей, подозреваемых в антиправительственной агитации, шпионаже, распространении слухов; рапорты начальников контрольных пунктов об арестах и заключении лиц, подозреваемых в антиправительственной агитации, протоколы их допросов, розыскные листы. Из документов следует, что задача белогвардейской контрразведывательной службы состояла «исключительно в обнаружении и обследовании неприятельских шпионов, а также лиц, которые своей деятельностью могут благоприятствовать или фактически благоприятствуют неприятелю в его враждебной деятельности против России и союзных с ней государств». По сути контрразведка вела борьбу со шпионажем (советским, американским и японским), но главным образом – с большевистскими подпольными организациями, большинство которых ей удалось выявить и разгромить благодаря использованию агентуры. Немало документов о деятельности колчаковских спецслужб рассредоточено по фондам штабов армий. Они значительно дополняют вышеназванные документные комплексы. Тыловые военные округа представлены самостоятельными фондами, в которых также имеются документы по организации колчаковской агентурной разведки в сопредельных странах. В фондах управления Иркутского военного округа (1917–1920 гг.), штабов Омского (1918–1919 гг.) и Приамурского (1917–1920 гг.) военных округов сконцентрированы донесения и сводки о военно-политическом положении в Китае, Корее, Монголии и Японии, дислокации китайских и японских воинских частей на русском Дальнем Востоке и в Маньчжурии. В процессе переписки в штабах военных округов откладывались разведывательные сводки штабов верховного главнокомандующего, Восточного фронта, Сибирской армии, некоторых корпусов, а также разведывательные сведения о боевом составе Красной армии, схемах расположения ее частей и т.д. В фондах РГВА документы спецслужб белых армий по отдельным регионам представлены не одинаково: большая их часть относится к Востоку России, к военной администрации адмирала Колчака, меньшая – к Югу России, а источников по Северу, Северо-Западу совсем немного." - http://www.chekist.ru/article/2349
"В Сибири структуры контрразведки сформировались в мае 1918 года. Их основой стали разведотделы подпольных анти-большевистских организаций в Томске ("Белый легион"), Барнауле, Омске, Иркутске, Чите, Владивостоке и других городах, созданные в декабре 1917 — январе 1918 года. Общее руководство подпольем осуществлял подполковник А. Н. Гришин (Алмазов). После падения советской власти в Сибири функции 'контрразведки стал выполнять созданный в Омске "Отдел военного контроля", который возглавил чешский капитан И. Зайчек. Не имея представления о работе в местных условиях, Зайчек назначил своими заместителями бывших начальников Томского и Омского жандармских управлений. Летом были организованы пункты "Отдела" в Томске, Иркутске, Красноярске, Бийске, Новониколаевске и Семипалатинске (ГАНО. Ф. 1. Оп. 6. Д. 1. Л. 8, 22). Однако данные органы стали активно вмешиваться в политику, поэтому в декабре 1918 года структура их была упорядочена и статус понижен до уровня рядового отделения при штабе Сибирской армии." - http://infopoisk.info/index.php?option=com_content&view=article&id=631:-1918-1922-&catid=109:2010-12-18-19-06-33&Itemid=6
"Приход к власти адмирала А. В. Колчака, свергнувшего Директорию, вновь поставил вопрос о дальнейшей судьбе контршпионских ведомств Белого движения. Существенным элементом контршпионской системы Колчака являлись иностранные органы военного контроля, получившие в Сибири гораздо большее влияние, чем на других фронтах Гражданской войны. Активно действовала контрразведка Чехословацкого корпуса, занятая в основном арестами бывших членов антибольшевистских административных органов, не признавших власть Директории, а затем и власть А. В. Колчака. Так, был арестован заместитель министра внутренних дел СибОС А. А. Грацианов, а также предпринята неудачная попытка подвергнуть тюремному заключению Гришина-Алмазова.
При этом размах данной деятельности был совершенно неконтролируем, и единственным способом ограничения полномочий чешского военного контроля по применению таких репрессий была лишь вооруженная защита обвиняемых.
Кроме того, в Сибири существовала и американская контрразведка под руководством генерала У. С. Гревса. Она занималась выявлением большевистских шпионов и агитаторов, будучи совершенно автономной и не встроенной в общую систему контршпионажа. К примеру, военный контроль США имел собственную службу военной цензуры, во многом дублировавшую функции белогвардейского Военно-цензурного бюро. Подобный параллелизм наблюдался и в области агентурной работы.
В результате возникшая система противодействия разведывательно-диверсионной и агитационной деятельности большевиков и их сторонников часто «буксовала» из-за собственной громоздкости. Например, в одном только Томске борьбой со шпионажем одновременно занимались местное Управление государственной охраны, контрразведка Омского военного округа, военная контрразведка при штабе 2-й дивизии и чехословацкий военный контроль" - http://lib.rus.ec/b/337783/read
"...комплексное изучение материалов контрразведки позволяет не только по-новому взглянуть на картину общественно-политической жизни в тылу армий А.В.Колчака, определить всю совокупность факторов, определявших колебания настроений населения, разрешить давний спор советских историков о времени перехода сибирского крестьянства на сторону Советской власти, а главное разобраться в том, как крестьянство понимало эту власть, но и уяснить, насколько популярность той или иной власти зависит от ее умения оперативно реагировать на нужды населения." - http://www.nivestnik.ru/2000_1/4.shtml
(Желябужский был помощником начальника Тобольского ГЖУ по Курганскому и Ялуторовскому, а затем Ишимскому и Тюкалинскому уездам. Н.В. Кривцов - его преемник, о котором есть такое упоминание:
"Осознавая необходимость иметь на местах революционную литературу для образования офицеров, Департамент полиции принимал меры к созданию библиотек во всех подразделениях охранки. § 21 “Положения об охранных отделениях” от 9 февраля 1907г., утвержденного Министром внутренних дел, шефом жандармов П. А. Столыпиным, содержал указание о создании и постоянном пополнении в каждом районном охранном отделении, губернском жандармском управлении и во всех охранных отделениях библиотек нелегальной литературы с алфавитными каталогами. Однако карьеристы в жандармских мундирах умудрились это требование превратить в один из показателей служебного рвения и успехов в деле розыска. В 1910 г. помощник начальника Тобольского ГЖУ в Курганском, Ишимском и Тюкалинском уездах ротмистр Н. В. Кривцов обратился к начальнику Пермского районного охранного отделения полковнику М. С. Комиссарову с просьбой пополнить его библиотеку из запасов РОО, в каковой просьбе ему было отказано на том основании, что библиотеки пополняются из нелегальной литературы, арестованной на местах" - По материалам Всероссийской межвузовской научно-практической конференции 29-30 марта 2002г. Челябинск, 2002г. стр. 87).
Отправлено: 28.09.14 14:41. Заголовок: Также добавлю, увы, ..
Также добавлю, увы, без ссылок на источники. Может быть, кто владеет информацией подробнее. Несмотря на хаос отступления осенью-зимой 1919 г.,контрразведка оставляла в городах и близлежащих местностях диверсионные группы. Встречал обрывочные и неточные сведения о такой группе в Новониколаевске, якобы что-то взорвали и кого-то устранили.
Чекисты и красные военные контрразведчики не один месяц вели борьбу с антибольшевистским подпольем, ловили за руку вредителей, но данные о задержании, например, колчаковских шпионов, служивших в штабах РККА, не афишировались. Кстати, о том, что в стане белогвардейцев работали советские разведчики, известно не только по книгам и публикациям в периодической печати, но и по многим снятым в СССР кинофильмам. Естественно, о бойцах тайного антибольшевистского фронта подобные произведения в ту пору не создавались, но нет их и сегодня. Как будто бы таких людей не было вовсе.
В частности, лишь немногим исследователям известно что-либо о сотрудниках организации, являвшейся, так сказать, «визави» Сибрегиструпра – одной из структур «сообщества» красных спецслужб. А ведь после окончания Гражданской войны именно сибирские чекисты особо отмечали, что «командный состав белогвардейской колчаковской разведки являлся талантливыми людьми и хорошими организаторами, а дело разведки было поставлено превосходно». Именно этот достойный противник долгое время оставался за кадром.
Борьбу на невидимом фронте против красных на востоке России вели две организации – Разведывательный отдел штаба Колчака и Особый отдел управления делами Совета министров правительства адмирала. В Разведотделе служили опытные офицеры-интеллектуалы, самыми выдающимися из них были полковники Овчинников и Новаковский, подполковник Масягин и другие. Но это еще не все. В 1919 году на сторону колчаковцев перешел один из руководителей советской военной разведки – генерал-майор Рябиков!
Правда, насчитывалось в штате Разведотдела штаба чуть более 30 человек, причем помимо офицеров в это число входили писари, чертежник, кучер, а позднее – шофер. Имелся у колчаковцев и Разведотдел флота, который возглавлял старший лейтенант Федотов, начавший свою военную карьеру еще в 1914 году на Балтике. Флотских разведчиков было почти втрое меньше. А вот количество тайных агентов различного назначения у «рыцарей плаща и кинжала» адмирала превышало три сотни человек.
Самой массовой была так называемая «агентура переднего края». В ее состав обычно входили унтер-офицеры, гражданские лица и – очень редко – офицеры. Работали на колчаковскую разведку также женщины в возрасте от 16 до 60 лет. Известен и самый юный агент-ходок (связной) Глеб Березкин.
Эти люди под видом мирных жителей проникали в расположение передовых частей красных и добывали необходимые сведения о численном составе и вооружении противника. Одним из лучших «агентов переднего края» считался уроженец Новониколаевска (ныне – Новосибирск) младший унтер-офицер Тимофей Тарагнов. Служил в колчаковской разведке и перебежчик-красноармеец Сальников, который прекрасно ориентировался в обстановке и доставлял ценную информацию. За усердие отмечался агент по кличке Строгий. За этим псевдонимом скрывался бывший школьный учитель Модест Лукин, руководивший агентурной сетью белогвардейцев в прифронтовой полосе. Женщины-агентки Прямая и Патриотка занимались распространением антибольшевистских листовок в частях Красной армии. Под руководством Степана Понькина действовала подпольная террористическая организация. Следует отметить, что Понькин, как и Модест Лукин, в свое время трудился учителем в гимназии. Диверсантами на железной дороге командовал агент Чайка – Виталий Кузнецов, работавший до Гражданской войны землемером.
Между прочим, каких только кличек не давали офицеры колчаковской разведки своим агентам: Шустрый, Тамерлан, Чеченец, Служба, Страхов-13, Шар, Шапка-Невидимка, Дама, Грозный-9, Кочубей-14, Калитка, Русаков-51, Изольда, Окунь, Воробей, Пушкин, Дятел, Григорий Распутин. Самое интересное, что не всегда женщины-агентки имели кличку женского рода.
И еще один любопытный момент. Агентом наиболее преклонного возраста у колчаковских разведчиков был человек по кличке Тишайший – 74-летний инвалид Русско-турецкой войны 1877–1878 годов. Он служил в одном из тыловых подразделений Красной армии.
ДЛЯ РАБОТЫ В ГЛУБОКОМ ТЫЛУ
Самыми засекреченными и важными агентами колчаковцев были офицеры в чинах от прапорщика до подполковника. Им-то и доверялись наиболее ответственные задания в глубоком тылу красных.
До наших времен дошли имена некоторых наиболее результативных разведчиков Сибирской армии адмирала Колчака. Например, поручик Соболянов за три месяца нелегальной работы в тылу красных доставил весьма ценную информацию, которая легла в основу доклада верховному правителю России. Прапорщик И.А.Жульев под видом бежавшего из плена красноармейца легализовался в Оренбурге и в короткое время установил численность, вооружение и дислокацию войск противника. Кроме того, он добыл ценные штабные документы.
Весной 1919 года подпоручик Мозолевский по документам бежавшего из плена советского работника руководил подпольной разведывательно-террористической организацией в Москве. За это его по возвращении в Омск произвели в подполковники. О том, чего добилась подпольная организация, неизвестно, но просто так адмирал Колчак чины не жаловал.
Летом 1919 года подполковник Савич, артиллерист по военной специальности, под именем рабочего Козлова возглавил подпольную разведывательно-диверсионную организацию на Мотовилихе, возле Перми. На подрывную работу он получил 60 тыс. руб. и, похоже, не потратил эти деньги попусту. Колчаковские диверсанты не сидели сложа руки, и различные аварии на артиллерийском заводе вполне можно отнести на их счет.
Было еще немало и других колчаковских разведчиков, но в руки чекистов после поражения белых дошли не все архивы центрального органа тайной службы адмирала. Ее сотрудники успели сжечь много важных бумаг до прихода красных.
Разумеется, одним из обязательных условий успешной работы агентов верховного правителя было наличие поддельных документов безупречного качества. При Разведотделе штаба долгое время функционировала особая типография, которая выпускала широкий ассортимент продукции очень высокого полиграфического исполнения. А еще в разведшколе, готовившей офицеров для работы в тылу красных, учили различным ремеслам, политграмоте по-большевистски и навыкам, необходимым для того, чтобы изображать из себя красного чиновника. Давали также уроки актерского мастерства.
Надо немного рассказать и об Особом отделе управлении делами колчаковского Совета министров. Он являлся весьма необычной разведывательной организацией. Возглавлял отдел гражданский чиновник, 25-летний математик, выпускник Московского университета, окончивший его с золотой медалью, Борис Деминов. Под его началом было совсем немного людей – вместе с агентами около 60 человек. Задачей ОсО был сбор экономической и политической информации в глубоком тылу красных. Особисты являлись самыми интеллигентными разведчиками верховного правителя. В очень редких случаях они занимались подпольной боевой работой. Одним из героев этой службы был Фрол Фурасов. Помимо важной экономической информации он доставил из тыла красных 15 тыс. руб. золотом. Интересно, что агенты ОсО в целях конспирации писали свои донесения на английском и... шведском языках.
За свои труды, связанные со смертельным риском, разведчики адмирала Колчака получали весьма приличные по тем временам деньги. Военные за успешные тайные операции в тылу у красных повышались в чинах, обычно – на одну, две ступени. Но, кроме того, имелось немало белых разведчиков, шедших почти на верную гибель безвозмездно!
ПРОВАЛЫ И КУРЬЕЗЫ
Любая война всегда связана с потерями, в том числе и на незримых фронтах противоборства спецслужб. Были они и у разведчиков Сибирской армии адмирала Колчака. После отправки за линию фронта возвращались обратно около 20% агентов. Кто-то попадал в руки чекистов и красных военных контрразведчиков. Снабженные большими суммами денег, тайные эмиссары из Омска иногда становились легкой добычей бандитов – дезертиров (как красных, так и белых) или обычных уголовников. Попадали белые разведчики и под случайные обстрелы, получали серьезные ранения и гибли.
Однако некоторые агенты вместо рискованной деятельности в тылу у красных подавались в бега с весьма кругленькой суммой денег. Вот, например, сотрудник разведки прапорщик Ластухин, получив 10 тыс. руб. для подпольной работы в Самаре, умчался в казахские степи. Другой разведчик, прапорщик Колесниченко, предпочел выполнению задания в Оренбурге мирное пребывание в городе Атбасаре. В июле 1919 года мичман Боронин после серьезной подготовки и получения 15 тыс. руб. не отправился с доверенной ему секретной миссией на Северный Урал, а поехал к родне в Петроград. От него долго ждали вестей, но не дождались. Надо отметить, что дезертира из тайного ведомства Колчака нашли уже в 1922 году на берегах Невы... тамошние чекисты.
Штабс-капитан Соколов из флотской разведки вместо того, чтобы добывать информацию о Волжской военной флотилии красных, подался совершенно в другую сторону и всплыл во Владивостоке. Деньги, предназначенные для разведывательных целей, он использовал для организации мелкой торговли. Не сразу, но штабс-капитана, «перепутавшего» запад с востоком, арестовали свои, то есть белые, и наказали по законам военного времени.
Были и перевербованные агенты. Работавшая в тылу у большевиков сестра милосердия Екатерина Бобкова по возвращении в Омск была арестована колчаковской контрразведкой за связь с красными и расстреляна.
Имелись в летописи колчаковской разведки и курьезы. Один из таких случаев отмечен весной 1919 года в Поволжье. Разведчики штабс-капитан Рекс и фельдфебель Казанцев во время митинга в полку красных проникли в штаб и выкрали секретные топографические карты. При отходе из городка лазутчики обнаружили на окраине хорошо охраняемый склад, на воротах которого имелись предостерегающие надписи. Рекс и Казанцев поняли, что за деревянными стенами имелось что-то горючее, скорее всего боеприпасы, иначе бы его так хорошо не охраняли. Поздно вечером без единого выстрела сняли часовых, обильно полили керосином стены и подожгли. Как только огонь разгорелся, разведчики быстро покинули место пожара. Долго ждали взрыва, но вместо этого почувствовали запах сгоревшей махорки. Оказалось, что подожгли они не склад боеприпасов, а склад с куревом и амуницией... Увы, не все документы колчаковских разведорганов дошли до нашего времени. И вполне возможно, что в штабах и тыловых органах красных еще не один год после Гражданской войны могли служить белые разведчики, которых все же обезвредили позднее уже органы НКВД.
В октябре 1919 года сибирская контрразведка пережила свою последнюю реорганизацию. На этот раз ведомство контрразведки перешло в ведение Главного начальника военно-административных управлений Восточного фронта генерал-майора А. Домонтовича
Все даты в формате GMT
8 час. Хитов сегодня: 284
Права: смайлы да, картинки да, шрифты да, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация откл, правка нет