Отправлено: 14.07.12 12:25. Заголовок: Поручик Павел Васильевич Ружанский
Каммингс В., Дэвис А. Ноев ковчег и свитки Мертвого моря. М., 2001. С.16.:
Полковник Коор любезно поделился своими картами археологических раскопок, на которые он всегда мечтал вернуться для продолжения исследований. Он также предоставил следующее заверенное заявление касательно русской экспедиции 1916 г.: «ВСЕМ ЗАИНТЕРЕСОВАННЫМ ЛИЦАМ: Настоящим я, Александр А. Коор, бывший полковник и командир 19-го Петропавловского полка, удостоверяю, что слышал об обнаружении Ноева ковчега следующее: (1) Старший лейтенант Павел Васильевич Ружанский из 156-го Елизаветпольского полка Кавказской армии. Долгие годы я был знаком с семьей Ружанского. Познакомился с ними в городе Казани, Россия, где учился в военном училище. Старший лейтенант Ружанский был ранен при взятии его полком Чобан-Деде, центрального форта укреплений Эрзурума. Он был освобожден от действительной службы и направлен на работу в комендатуру города Иркутска, Сибирь. После совершенного большевиками переворота он перебрался в город Харбин, Манчжурия, где я встретился с ним в 1921 г. (2) Лейтенант Петр Николаевич Леслин из 261-го Ахилчинского полка также Кавказской армии. Во время переворота большевиков он был арестован, но бежал от них и в декабре 1918 г. присоединился к моему Петропавловскому полку. (3) Где-то в июле-августе 1921 г. мы с лейтенантом Леслиным встретились в Харбине со старшим лейтенантом Ружанским. В одной из бесед старший лейтенант Ружанский поведал мне об обнаружении Ноева ковчега. Он (Ружанский) не знал всех подробностей, так как был ранен и эвакуирован в Россию, но его брат Борис Васильевич Ружанский, сержант военного железнодорожного батальона, участвовал в экспедиции, отправленной на гору Арарат для подтверждения находки Ноева ковчега. Лейтенант Леслин также знал об обнаружении Ноева ковчега не по слухам, а от старшего дивизионного адъютанта, сказавшего ему, что в седловине двух пиков горы Арарат был найден Ноев ковчег. Вот все, что я слышал от указанных двух офицеров, которые — я уверен — говорили правду. (Подпись) Полковник Александр А. Коор».
Каммингс В., Дэвис А. Ноев ковчег и свитки Мертвого моря. М., 2001. С.15.:
Первого марта 1946 г. от полковника Коора была получена следующая информация: «Ниже привожу данные, которые были получены через генерала Е.Б. Мавловского из официальных архивов российской Кавказской армии и которые могут помочь в нашем исследовании: Штаб 14-го железнодорожного батальона располагался в Баязете к юго-западу от Большого Арарата, а штаб бригады — Маку, к юго-востоку от Малого Арарата. Ею командовал полковник Сверчков. 14-й батальон прибыл из России на фронт летом 1916 г. Насколько мне известно, Ноев ковчег был обнаружен в конце 1916 г., и поисковые партии вынуждены были ждать до лета 1917 г. Я знаю, что сержант Борис В. Ружанский служил в 14-м батальоне. Насколько я понимаю (и это вполне логично), первая и вторая партии экспедиции на гору Арарат были сформированы силами 14-го батальона или 3-й Заморской бригады по приказу штаба местной бригады. Сержант Б.В. Ружанский был включен в партию потому, что он специалист. Перед войной он работал в Технологическом институте Петра Великого и посещал занятия в Императорском археологическом институте в Санкт-Петербурге. В 1916 г. 3-й Кавказский авиаотряд под командованием старшего лейтенанта Заболоцкого нес службу в районе горы Арарат и озер Ван и Урмия. Этот авиаотряд обслуживал 4-й Кавказский корпус, а инспектором армейской авиации был капитан Курбатов. Полагаю, Вам следует найти старшего лейтенанта Заболоцкого, поскольку именно он обнаружил с самолета ковчег и положил начало поиску. Капитан Курбатов был его командиром… Я находился в араратском районе в ноябре 1915 г. во время Русско-турецкой войны. Штаб Кавказской армии командировал меня вместе с другими офицерами во главе специальных подразделений из Барзама и Пятигорска на оборону Араратского перевала к северо-западу от пика Большого Арарата и Зорского перевала в нескольких милях к северо-западу от неминуемого турецкого наступления. В июне-июле 3-я турецкая армия прорвалась сквозь наши порядки вблизи от Агрыдага и в районе горы Арарат. Именно во время службы там я узнал о ряде неподдающихся расшифровке надписей и обследовал места археологических раскопок в том районе. (Подпись) Александр А. Коор».
Отправлено: 15.07.12 09:49. Заголовок: Макеев А. Бог войны ..
Макеев А. Бог войны барон Унгерн // Белая эмиграция в Китае и Монголии. М., 2005. С.42.:
Рок же несчастья уже висел над дивизией, и черные новости выплывали одна за другой. Унгерновский адъютант поручик Ружанский по подложному документу получил в интендантстве 15 тысяч золотых рублей и бежал, но был пойман и расстрелян вместе с женой. Унгерн смотрел на всех зверем, и люди боялись попадаться ему на глаза. Унгерновский террор входил в силу. Стоял тихий вечер. Шел крупными и тяжелыми хлопьями снег, когда по лагерю разнеслось: «Есаула М. к начальнику дивизии!..» Фигура в бараньей шубе, шерстью наружу, страшная и встревоженная, прокатилась к палатке Унгерна. – Честь имею явиться, Ваше превосходительство! – Ты грамотный? – Так точно, грамотный! – Ну так книгами ведать будешь. Понял! Адъютантство, значит, примешь. Ружанский убежал, так ты вместо него. Да смотри, канцелярию у меня не разводить. Ну, вались. Палатка рядом.
О намеченном походе знали, и это вызвало новую волну дезертирства. Она поднялась вместе с весенним теплом, когда путь в Манчжурию уже не казался таким страшным. Бежали те, кому было что терять и кто не разделял уверенности Унгерна в успехе предстоящей экспедиции. Одним из самых «громких» стал побег дивизионного адъютанта, поручика Ружанского. У него имелись две написанные карандашом записки барона, на которых Ружанский оставил подписи Унгерна, а все остальное стер и вписал новый текст. Теперь в одной записке предписывалось выдать ему крупную сумму денег, в другой – оказывать всяческое содействие в его командировке в Китай, в Хайлар. Затея Ружанского почти удалась. Он все рассчитал точно и, зная характер казначея дивизии Бочкарева, явился к нему поздно вечером. Осторожный Бочкарев, очень дороживший своей должностью, побоялся ночью беспокоить штаб и выдал деньги. Однако на другой день утром, терзаемый беспокойством, он сообщил о своих подозрениях Бурдуковскому. Тот пошел к Унгерну, подлог раскрылся; тут же снарядили погоню. На какой дороге искать беглеца, выяснили быстро: Ружанский не мог миновать расположенный неподалеку от Урги поселок Бревен-Хит. Там находился лазарет, при котором служила его жена. Супруги – оба молодые, красивые, из хороших семей – страстно любили друг друга, и на смертельный риск Ружанский пошел именно из-за жены. Сам он был студентом Петроградского политехникума, она окончила Смольный институт. Ружанская была посвящена в замысел мужа и ждала его прибытия, чтобы бежать дальше на восток. Но он в темноте заплутался, сбился с дороги; погоня появилась в Бревен-Хите на полтора часа раньше, чем преследуемый беглец. Первой арестовали ее, затем – его. Кара была ужасна. Ружанскому перебили ноги – «чтобы не бежал», руки – «чтобы не крал», и повесили на вожжах в пролете китайских ворот. Несчастная женщина была отдана казакам и вообще всем желающим. «Для характеристики нравов, – пишет Волков, – упомяну, что один из раненных офицеров, поручик Попов, хорошо знавший Ружанских, также не выдержал и, покинув лазарет, прошел в юрту, где лежала полуобезумевшая женщина, дабы использовать свое право». Затем Ружанскую привели в чувство, заставили присутствовать при казни мужа, после чего тоже расстреляли. На расстрел Бурдуковский согнал всех служивших в лазарете женщин, чтобы они «могли в желательном смысле влиять на помышляющих о побеге мужей». Смерть Ружанских стала мрачной прелюдией ко всему походу, и на фоне этой страшной казни мечты Унгерна о том, чтобы в России «устроить внутреннюю жизнь по родам», вызывают уже не улыбку, а совсем иные чувства.
Все даты в формате GMT
8 час. Хитов сегодня: 321
Права: смайлы да, картинки да, шрифты да, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация откл, правка нет